«Ай нот спик рашн!»

Вспомнилось, как однажды по телевизору показали гололёд где-то в США. Там никогда не было морозов, и вдруг стукнул минус. В новостях показали сюжет, где американцы шли по льду, который покрыл тротуары города. На переднем плане толстая американка не могла сделать даже одного шага. Ноги у неё расползались, она то и дело падала. Смех и грех.
А наши русские девки гоняют по гололёду на каблучищах, и хоть бы что.
Ну, оно и понятно. У нас, в России, полгода – лёд на улицах городов вместо асфальта. Привычные мы уже.
Вот в Эрмитаже тоже недавно стояли в очереди. Не в той, которая на несколько часов, за билетами. А в той, которая уже на входе в музей. Небольшая. Двигается быстро. Впереди нас стояли две девушки и парень. Что-то щебетали на английском и смеялись. Очередь впереди уже продвинулась метров на пять-шесть, а они не торопятся, стоят себе на месте и увлечённо что-то обсуждают.
Чувствую, сзади уже напирают, дышат в затылок. Наш народ так не может! Вот так стоять расслабленно в очереди как не в очереди. Наши так не стоят. Да я никого не осуждаю, сама тоже не стала бы ждать, когда очередь уйдёт далеко вперёд, пододвинулась бы. Пусть не носом кому-то в затылок, но всё же подошла бы поближе.
В общем, я и подошла поближе. А молодых англоговорящих людей обогнула. Что тут началось! Парень напугался жутко, подскочил ко мне и стал мне объяснять на чистейшем русском, что они тоже в очереди стоят, что он гид, что они тут (впереди меня) стояли… Да ради бога! Я что, их не пускаю? Я обернулась к девушками и сказала улыбаясь, пошутила так: «А я подумала, что вы не спешите. Часом раньше, часом позже, какая разница!» Одна из девушек испуганно мне ответила: «Ай нот спик рашн!»
Меня позабавила эта ситуация. Какие же эти иностранцы непуганые. Понимаете, они живут совсем в другом мире. У них другие понятия, у них всегда всего на всех хватает, у них нет очередей, у них нет гололёдов вместо асфальта, у них другая жизнь.
Я не знаю, лучше или хуже. Могу только догадываться, что всё же лучше, чем в России. Что касается материальной составляющей, социальной составляющей и, наверное, ещё какой-то составляющей.
Мы, русские, другие. Мы пуганые.
Но зато у нас широкая душа, мы искренние, добрые. Мы живём хуже, у нас мизерные зарплаты, нищенские пенсии, грязь и полное отсутствие заботы о человеке на предприятиях. У нас чиновники разворовывают в открытую народное добро, начиная с маленьких ЖЭКов и заканчивая министрами. Но зато мы сами лучше. Этим и гордимся.
А они не говорят по-русски, и не понимают… как это – быть русским.

«Ай нот спик рашн!»