Если женщина сидит дома…

Домохозяйка – древняя профессия. Но почему-то все помнят о другой древней профессии, а об этой забывают. Женщина у нас дома «сидит». Как мне бывший муж говорил: «Ты дома сидишь, а значит должна: то, это, вот это и вон это!»
Я не буду сейчас закидывать булыжниками огороды мужчин, которые на своих работах сидят только так. Хотя… Чужих – не буду. А в своего бывшего слегка запулю.
Сначала я ведь не знала, как там у него на работе и что. Долго, кстати, не знала. Потом был эпизод с шеш-бешем (игра нарды), который я описываю в своей книге. Младшей дочке было три месяца, старшей – пять лет. Я дома с детьми целый день «сижу», разумеется. Пока сижу, все дела сами себя переделают. Завтраки, обеды, ужины (муж питался дома, желудок берёг) приготовятся, бельё перестирается (машинок-автоматов не было) и погладится, порядок в доме сам наведётся, дети сами без меня погуляют, полы намоются, магазин сам все продукты принесёт и очередь прямо в нашем доме отстоит тоже сам. Это всё в то время, пока я дома сижу.
Вот однажды насиделась я дома уже до одури, до боли в пояснице, а муж всё домой вечером не идёт. Занят, работу работать устал уже, но продолжает её работать усердно… Да что я тут снова всё вспоминать буду! Лень. Один раз вспомнила, пока книгу писала, и хватит. Лучше отрывок из книги вставлю.
«На улице стоял чудесный весенний вечер. Я ждала мужа домой со службы. Но он, как обычно, задерживался. Все дела у меня были переделаны. Ужин медленно остывал на плите. «Где же Женя?» – думала я. Иногда я звонила мужу на работу, спрашивала, когда придёт домой. Но в этот раз решила прогуляться с детьми, погода была хорошая. Мы вышли из дома и медленно пошли в направлении штаба. «Встретим папу по дороге домой», – сказала я старшей дочке. Маленькая спала в коляске.
Когда мы подошли к штабу, на крыльце я увидела старшину. Это был мужчина лет сорока пяти. Он сидел на ступенях, обхватив голову руками. Увидев меня, он встрепенулся:
– Здравствуйте, Татьяна! Заберите хоть вы его! Ну, просто сил нет никаких! Сам не идёт домой и другим не даёт. «Наградил» меня бог ротным.
– А где он?
– Да там, – махнул рукой в сторону дверей старшина.
Я попросила его приглядеть за детьми и переступила порог штабного здания. В длинном коридоре было темно и тихо. После окончания рабочего дня прошло уже часа два, и в штабе не было ни души. Только около входа за окошком сидел дежурный по штабу. Я пошла по коридору, стук каблуков отдавался эхом. По обе стороны коридора были двери. Из-за одной двери слышались приглушенные мужские голоса.
Я взялась за ручку и, открыв дверь, вошла в комнату. Это было что-то типа «красного уголка». За столом сидел Женя, напротив него – солдатик. Перед ними на столе – доска с шашками. Они играли в шеш-беш. Женя обернулся, и на его лице отразилось удивление. «Тань, ты чего здесь делаешь?» – спросил он. У меня неприятный холодок закрался «под ложечку». Но я взяла себя в руки и сказала: «Мы с детьми пришли тебя забрать домой». Женя встал, попрощался, и мы ушли.
Я ничего не сказала тогда мужу. А что говорить? И так всё ясно. Мне всё стало ясно в тот день. Зачем ему бежать домой? Там маленькие дети. Зачем напрягаться и заниматься ими, если можно спокойно поиграть в шашки, поболтать. Горькое разочарование. У меня семья, муж, двое детей. Но муж меня не любит, и детей не любит. Мы ему не нужны. Хотя нет, стоп. Мы — его тыл. Мы – доказательство того, что он отец, муж, примерный семьянин, каким и должен быть офицер, коммунист. Чтоб его уважали другие. Чтоб он сам себя уважал. Вот для чего мы нужны ему!
На моей клумбе под названием «Семья» хиленькие розочки уже были не видны из-за разросшихся сорняков. Я, как могла, собрала все свои душевные и физические силы, чтоб бороться с этими сорняками. Надо было как-то жить, растить детей. А так как я не умею лицемерить и притворяться, то мне было просто необходимо убедить себя, что всё хорошо. Оправдать мужа. Я должна была поверить в это! Уговорить себя. У меня это получилось, в конце концов. Дети давали мне столько радости, что я, несмотря ни на что, была счастлива. У меня были родители, которые меня любили. Этим и жила.»

Муж очень уставал на работе… И я верила ему! Продолжала верить и дальше. Да, я поняла, что семья ему не нужна, что он не торопится домой. Что я с детьми должна спать в другой комнате, чтобы он мог хорошо высыпаться по ночам. Я очень хорошо поняла его отношение ко мне и дочками. Но в то, что он всё же устаёт на работе, я верила. И жила с постоянным чувством вины, когда не было возможности работать.
Прошли годы, и мой отец сказал мне однажды: «Дочь, не верь мужу! Послушай, что папка тебе скажет. Я в этой системе уже очень много лет и знаю, как они там работают. Сам такой же. Не перетрудились мы, поверь! Здоровый мужик, мог бы и тебе когда помочь хоть в чём».
Я так скажу. У любой женщины, которая сидит дома, не работает, есть эта возможность – сидеть дома в своё удовольствие. Вот и надо сидеть. Надо использовать эти годы, когда приходится сидеть дома, максимально для своего удовольствия. А не превращать себя в рабыню. Нет, я не говорю, что надо обрасти грязью и детей голодом морить… Впрочем, о чём это я? Какая грязь, какой голод? Муж придёт с работы и сам всё сделает. Пусть чуть-чуть отдохнёт после тяжёлого трудового дня.

Если женщина сидит дома...