Вернулась обратно

Думала, продолжения уже не будет. Но… Оно есть!

Я шла по незнакомому городу, и мне очень хотелось спать. Сначала я не обращала внимания на это своё хотение. Но вдруг, остановившись около сияющей витрины с манекенами, подумала: «Как мне может хотеться спать… во сне? Я же сплю! Я и так сплю! Тогда почему мне так ужасно хочется спать?» 

Ещё даже не додумав эту мысль до её кончика, я вдруг испугалась. 

Ага, страшно это! Не смейтесь надо мной. Это точно так же, как представьте себе, что вы… это не вы, а кто-то в вас. Вы уже спите, а он ещё только спать хочет. Каково, а?

Что-то я из сна вышла, вернусь обратно. 

Я стояла и смотрела на витрину. Все манекены почему-то были без голов. Они были одеты, обуты, с сумками, шарфами, но… не причёсаны. Ну, оно и понятно почему. Что причёсывать, если головы нет. 

Безголовые стояли, сидели… И на меня смотрели! Я очень чутко уловила их взгляды. В этот раз даже не испугалась почему-то, потому что сон это, а во сне всё может быть и всё быть может. 

А где Ник? Он же был со мной! Я чувствовала его руку! Я уже хотела крикнуть, позвать Ника, но не успела. Потому что один из манекенов вдруг сделал шаг по направлению ко мне. Он неуверенно (ещё бы – без башки!) подошёл к окну, около которого я стояла. Окно магазина было огромное – во всю стену. И протянул руку к стеклу. Послышался хруст, и рука просунулась прямо ко мне на улицу вечернего города. В стекле образовалась круглая небольшая дыра. 

«Вот тебе моя рука», – сказал манекен. Я чётко услышала его скрипучий пластиком голос. 

«Мне не нужна твоя рука», – ответила я, даже не удивившись. 

«Может, тогда нога?»

«Слушай, маньяк-кен, отстань от меня! Ты мне не нужен ни целиком ни по частям!» – крикнула я и собралась идти дальше. 

«Ты неправильно назвала моё имя. Меня зовут Ник», – проскрипел манекен. 

Чтооо?!! Что он несёт? Он называет себя Ником! 

В это время безголовый манекен сделал шаг вперёд, и стекло, издав громкий хрустальный звон, рассыпалось. В окне образовался дверной проём. Самозванец перешагнул низкий порог и подошёл вплотную. Руку он по-прежнему протягивал ко мне, почти касаясь моей груди. Мне почему-то нестерпимо захотелось вгрызться в эту пластиковую руку зубами. Изо всех сил! Я попыталась сделать это. Кажется, я даже зарычала! 

«Дура!» – проскрипел манекен и отдёрнул руку. 

«А тебя даже дураком не назовёшь, потому что ты безмозглый Никто!» – крикнула я в пустоту-лицо безголового манекена. 

«Вообще-то, Ник – это имя в сети. Под ником может скрываться кто угодно», – важно сказал манекен и развернувшись на сто восемьдесят градусов, медленно с трудом передвигая ноги, пошёл обратно в магазин одежды. 

Я стояла и наблюдала за тем, как он вернулся на своё место. Перед тем, как замереть в одной из манекенных поз, он сказал: «Не хочешь, как хочешь. Иди дальше и ищи руку своего Никто, который и с головой, и с мозгами. Только не найдёшь ты его, не обольщайся. Потому что…»

Скрипучий пластиковый голос замолк, манекен замер. 

«Почему?» – спросила я. 

Но манекен молчал. Я почувствовала, что теперь на меня никто не смотрит. И пошла дальше. 

Но спать мне уже не хотелось. Совсем не хотелось. 

Продолжение, видимо, следует. Всё же.